О бедном интеллигенте замолвите слово...
Слова «Русский Интеллигент» вызывают в воображении образ человека нервического и бестолкового, ищущего различные смыслы. Русский интеллигент всегда искал, кому бы поклониться. Он кланялся европейскому просвещению. Он кланялся марксизму и революции, прогрессу и атеизму. Он кланялся даже христианству. Сегодня он кланяется абстракции под названием «свобода», протесту и правам человека. А также с обычным своим рвением он бьёт лбом перед идолом «уровень жизни». Этому идолу он кланяется, уезжая навсегда за границу.
Непоследовательность и беспринципность интеллигенции - отнюдь не новость. Сегодняшняя интеллигенция, недовольная бедностью, с большой и нескрываемой симпатией относится к тем, благодаря кому бедность в России стала нормой жизни. Кто печётся о Ходорковском? Интеллигент. А кто голосует за Прохорова? Опять-таки интеллигент.
Интеллигент поступает хитро: приняв позу борца за правду, он требует хлеба. Выступая против жуликов и воров за достойную жизнь. Уверяя, что стоит поменять плохое правительство на хорошее, как тотчас в России всего станет много и даром. И при этом не может обходиться без символов. Например, символ, о горящих глазах у пришедших на Болотную площадь. Ну, в самом деле, когда в десятый раз слышишь об этих глазах, то невольно подумаешь, что горящие глаза на Болотной площади - это очень серьёзно.
Другое заклинание - «пора валить из этой страны, чтобы дать детям достойное образование и воспитание». Именно так. «Дети» - ключевое слово. Его произносят даже те, у кого нет детей. Если вы говорите «пора валить из этой страны» и не вспоминаете о детях, значит, вы чужой на этом празднике жизни и чего-то не понимаете. А не понимаете вы, скорее всего, что сделать подлость, сославшись на детей, это не так уж и подло. Ведь ради детей же! Такой чувствительный предмет...
Ещё одно заклинание воскрешает в памяти 90-е, когда по улицам и поездам ходили люди и напевали: «мы-сами-не-местные-помогите-кто-ск
Готова ли наша интеллигенция к восстановлению справедливости? Так, чтобы национализировать приватизированное, чтобы неправедно присвоенное обратить на всеобщее благо, чтобы восстановить конфискацию незаконно нажитого имущества и смертную казнь за хищения у государства, чтобы всех принудить работать и вернуть ГОСТ? И к Леваде не ходи - ясно, что не готова. Она готова гулять с горящими глазами по Болотной площади и презирать тех, кто не гуляет рядом. Вот, пожалуй, и всё. Потому что действительное восстановление справедливости, возможно, отнимет у возмущённого борца целый ряд, полученных при нынешней жизни, показателей уровня жизни. А уж это - извините!..
Потребность заявить о себе, помноженная на борьбу со скукой, превращают интеллигенцию в штатную оппозицию, недовольную всегда и всем, на всех обиженную, считающую себя вправе взять то, что ей недодали, но при этом инфантильную, безответственную и не отягощённую никаким долгом. Главной радостью для истаскавшейся, изолгавшейся русской интеллигенции стало «трындеть», но чтобы непременно в позе борца. И тут уже в дело идут как непроверенные факты, так и невежественная чушь. И каждый почти русский интеллигент на какой-нибудь своей Болотной площади безостановочно трындит о том, в чём совершенно не разбирается: о политике и литературе, об экономике и гляциологии, об истории и медицине.
Новая интеллигенция - внешне религиозная или нерелигиозная вовсе - признала единственным своим идеалом прочное земное благополучие. Произошло сращивание интеллигенции и мещанства. Глядя вокруг, порой не понимаешь: то ли это разглагольствующий мещанин, то ли жлобствующий интеллигент.
И конечно, говоря об интеллигенции, нельзя не упомянуть о свободе. Потому что сама интеллигенция очень любит поговорить о свободе. Это старый, излюбленный идол, всегда стоящий на пьедестале и лишь время от времени заслоняемый новыми идолами. Но обожающий свободу, кланяющийся свободе интеллигент, начисто её отрицает. И сложно вообразить себе более несвободного человека, чем представитель русской интеллигенции. Кто кроме него чуть ли не захлёбывается жёлчью от отвращения к инакомыслию, от нетерпимости к чужому мнению, от ненависти к тем, кто смеет думать и верить по-своему
Такова наша интеллигенция. Что можно сказать в её защиту? Ничего. Ну и на что годна эта вздорная, экзальтированная особа, одержимая бесами разрушения и тщеславия?
Непоследовательность и беспринципность интеллигенции - отнюдь не новость. Сегодняшняя интеллигенция, недовольная бедностью, с большой и нескрываемой симпатией относится к тем, благодаря кому бедность в России стала нормой жизни. Кто печётся о Ходорковском? Интеллигент. А кто голосует за Прохорова? Опять-таки интеллигент.
Интеллигент поступает хитро: приняв позу борца за правду, он требует хлеба. Выступая против жуликов и воров за достойную жизнь. Уверяя, что стоит поменять плохое правительство на хорошее, как тотчас в России всего станет много и даром. И при этом не может обходиться без символов. Например, символ, о горящих глазах у пришедших на Болотную площадь. Ну, в самом деле, когда в десятый раз слышишь об этих глазах, то невольно подумаешь, что горящие глаза на Болотной площади - это очень серьёзно.
Другое заклинание - «пора валить из этой страны, чтобы дать детям достойное образование и воспитание». Именно так. «Дети» - ключевое слово. Его произносят даже те, у кого нет детей. Если вы говорите «пора валить из этой страны» и не вспоминаете о детях, значит, вы чужой на этом празднике жизни и чего-то не понимаете. А не понимаете вы, скорее всего, что сделать подлость, сославшись на детей, это не так уж и подло. Ведь ради детей же! Такой чувствительный предмет...
Ещё одно заклинание воскрешает в памяти 90-е, когда по улицам и поездам ходили люди и напевали: «мы-сами-не-местные-помогите-кто-ск
Готова ли наша интеллигенция к восстановлению справедливости? Так, чтобы национализировать приватизированное, чтобы неправедно присвоенное обратить на всеобщее благо, чтобы восстановить конфискацию незаконно нажитого имущества и смертную казнь за хищения у государства, чтобы всех принудить работать и вернуть ГОСТ? И к Леваде не ходи - ясно, что не готова. Она готова гулять с горящими глазами по Болотной площади и презирать тех, кто не гуляет рядом. Вот, пожалуй, и всё. Потому что действительное восстановление справедливости, возможно, отнимет у возмущённого борца целый ряд, полученных при нынешней жизни, показателей уровня жизни. А уж это - извините!..
Потребность заявить о себе, помноженная на борьбу со скукой, превращают интеллигенцию в штатную оппозицию, недовольную всегда и всем, на всех обиженную, считающую себя вправе взять то, что ей недодали, но при этом инфантильную, безответственную и не отягощённую никаким долгом. Главной радостью для истаскавшейся, изолгавшейся русской интеллигенции стало «трындеть», но чтобы непременно в позе борца. И тут уже в дело идут как непроверенные факты, так и невежественная чушь. И каждый почти русский интеллигент на какой-нибудь своей Болотной площади безостановочно трындит о том, в чём совершенно не разбирается: о политике и литературе, об экономике и гляциологии, об истории и медицине.
Новая интеллигенция - внешне религиозная или нерелигиозная вовсе - признала единственным своим идеалом прочное земное благополучие. Произошло сращивание интеллигенции и мещанства. Глядя вокруг, порой не понимаешь: то ли это разглагольствующий мещанин, то ли жлобствующий интеллигент.
И конечно, говоря об интеллигенции, нельзя не упомянуть о свободе. Потому что сама интеллигенция очень любит поговорить о свободе. Это старый, излюбленный идол, всегда стоящий на пьедестале и лишь время от времени заслоняемый новыми идолами. Но обожающий свободу, кланяющийся свободе интеллигент, начисто её отрицает. И сложно вообразить себе более несвободного человека, чем представитель русской интеллигенции. Кто кроме него чуть ли не захлёбывается жёлчью от отвращения к инакомыслию, от нетерпимости к чужому мнению, от ненависти к тем, кто смеет думать и верить по-своему
Такова наша интеллигенция. Что можно сказать в её защиту? Ничего. Ну и на что годна эта вздорная, экзальтированная особа, одержимая бесами разрушения и тщеславия?