Знаете, коллеги, пожалуй, я созрел вам кое-что сказать. Да, за Олимпийские игры. «Олимпиада», это все же период между Олимпийскими играми (однажды в детстве по радио услышал – с тех пор запомнил). СССР вернулся в Олимпийскую семью на Играх в Хельсинки в 1952 году. Мог бы и раньше, - процесс начался еще с 1946 года. Почему не успели к Олимпийским играм в Лондоне 1948 года, не вполне понятно, но, похоже, это было наше внутреннее решение. Точно известно, что зазывать «включиться в семью» нас начали сразу после Великой Победы. Что главное в этой фразе? Правильно! Слова «Великая Победа». Те бесспорная точка опоры, которая была у наших дедов и отцов. Та точка, которой нет, увы, у нас. Та точка, которая должна быть у наших детей. Наши деды выиграли свою войну и.... К ним пришли и сами предложили все, что нужно. Еще и спасибо сказали. Вот и нам нужно выиграть свою войну. Войну, возможно, менее кровавую и разрушительную, но явно с гораздо более жестоким и подлым противником. Ему не нужны наши «тела». Ему даже наши души не особенно нужны. Наш противники искренне считают, что у нас их нет. Ему нужно наше право на нашу страну. И он с нами не торгуется. И торговаться не будет. И капитуляцию не примет, кто бы что нам не рассказывал о возможности потерять только часть, сохранив остатки целого. Так, что победим - будем молодцы. Не победим, - будем холодцы. И там уже не до нейтральных и прочих флагов будет. И не до Олимпийских игр. Вот только побеждать придется не на спортивных площадках. Впрочем, как и всегда. Что до наших «спортсменов-коллаборационистов», этих новоявленных «хиви», если кто-то понял про что я (вот, кстати, в «так называемом сталинградском «котле» из этих не выжил почти никто, хотя было их изрядно, 1942 год все-таки), то знаете, в чем их проблема? Да в том, что они искренне считают себя частью глобальной элиты. А, в действительности, - они часть глобальной прислуги. Отпустим их. Пусть едут. А у нас другие дела есть. Дмитрий Евстафьев