Кровавый режим
Назовем его дядя Вася. Живет он в соседнем подъезде и почти каждый день выходит во двор пообщаться и с молодежью, и со старушками, со всеми кто попадется ему на глаза. Он очень словоохотлив, особенно после третьей-четвертой стопки. Дядя Вася обычно рассказывает следующую историю:
- Вот когда я был в партизанском отряде. Пришел нам приказ от самого Сталина. Приказ был поймать всех полицаев по деревням и сжечь живьем.
- И как? Сожгли? - интересуется кто-нибудь.
- Да нет. Что ж мы звери что ли? - вздохнув, отвечает дядя Вася - расстреляли мы их всех до одного.
- Дядя Вася, а как ты оказался в партизанском отряде. - обычно спрашивает дотошный слушатель - если ты 1940 года рождения?
- Ничего от вас не скроешь, от чекистов. - бормочет дядя Вася, взяв стакан и тут же вдохновленно продолжает – Нет. Ну, в Советской Армии-то я служил. Вот помню меня в Ленинграде в 58-м на Черной речке, военный патруль остановил.
Вот такие рассказы об ужасах кровавого режима порой слышим мы.
- Вот когда я был в партизанском отряде. Пришел нам приказ от самого Сталина. Приказ был поймать всех полицаев по деревням и сжечь живьем.
- И как? Сожгли? - интересуется кто-нибудь.
- Да нет. Что ж мы звери что ли? - вздохнув, отвечает дядя Вася - расстреляли мы их всех до одного.
- Дядя Вася, а как ты оказался в партизанском отряде. - обычно спрашивает дотошный слушатель - если ты 1940 года рождения?
- Ничего от вас не скроешь, от чекистов. - бормочет дядя Вася, взяв стакан и тут же вдохновленно продолжает – Нет. Ну, в Советской Армии-то я служил. Вот помню меня в Ленинграде в 58-м на Черной речке, военный патруль остановил.
Вот такие рассказы об ужасах кровавого режима порой слышим мы.