Революция или деградация
Любая революция подтверждает, что любую плохую ситуацию всегда можно ухудшить. Скудость можно превратить в голод. Власть некомпетентных коррупционеров, можно сменить на власть кровожадных террористов.
Революция порождает странный эффект. То, что дореволюционному наблюдателю представлялось полной мерзости жестокой тиранией, после революции начинает выглядеть золотым веком гуманности, справедливости, достатка и порядка.
Революционная эйфория, безудержный восторг людей, которые кажутся себе творцами истории, неизбежно оборачивается тяжёлым похмельем. Вначале интеллигенция полностью увлечена «великой, бескровной», но отвратительная грубая действительность все более и более прорывается сквозь нелепые «идеалистически-демократические» бредни нашей «левой общественности». С демократической общественностью случится то же, что с «маленьким Васей» из старых детских рассказов: «он раскаялся, но поздно — волк уже съел его»…
Во время революции все всегда идёт не так. Людям кажется, что все зло мира сосредоточено в одном ненавистном тиране. Достаточно свергнуть его и все станет хорошо, «оковы тяжкие падут, темницы рухнут». Такое событие произошло у нас в 1991 году. Казалось, уже воссияла заря, уже провозглашены права и свободы, воздух полон весной и вдруг все обернулось каким-то кошмаром. К власти пришли совсем не те, кто воплощает наши прекрасные идеалы, а какие-то полные отморозки.
Так произошло и с «арабской весной», когда вместо так гладко говоривших по-английски пользователей фейсбука явились исламисты и выгнали всех великих революционеров, которые обещали свободу, равенство, братство, а привели к террору.
Люди крайне неохотно видят очевидное. Это чрезвычайно печально, но это так. Все что мы можем — повторять очевидности в надежде, что хотя бы на этот раз народы не упадут в яму, в которую они уже неоднократно падали.
Революция порождает странный эффект. То, что дореволюционному наблюдателю представлялось полной мерзости жестокой тиранией, после революции начинает выглядеть золотым веком гуманности, справедливости, достатка и порядка.
Революционная эйфория, безудержный восторг людей, которые кажутся себе творцами истории, неизбежно оборачивается тяжёлым похмельем. Вначале интеллигенция полностью увлечена «великой, бескровной», но отвратительная грубая действительность все более и более прорывается сквозь нелепые «идеалистически-демократические» бредни нашей «левой общественности». С демократической общественностью случится то же, что с «маленьким Васей» из старых детских рассказов: «он раскаялся, но поздно — волк уже съел его»…
Во время революции все всегда идёт не так. Людям кажется, что все зло мира сосредоточено в одном ненавистном тиране. Достаточно свергнуть его и все станет хорошо, «оковы тяжкие падут, темницы рухнут». Такое событие произошло у нас в 1991 году. Казалось, уже воссияла заря, уже провозглашены права и свободы, воздух полон весной и вдруг все обернулось каким-то кошмаром. К власти пришли совсем не те, кто воплощает наши прекрасные идеалы, а какие-то полные отморозки.
Так произошло и с «арабской весной», когда вместо так гладко говоривших по-английски пользователей фейсбука явились исламисты и выгнали всех великих революционеров, которые обещали свободу, равенство, братство, а привели к террору.
Люди крайне неохотно видят очевидное. Это чрезвычайно печально, но это так. Все что мы можем — повторять очевидности в надежде, что хотя бы на этот раз народы не упадут в яму, в которую они уже неоднократно падали.